Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
17:55 

Приветствую, RazorAeternus!))))

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Что вас привело в мою скромную обитель?))

13:46 

Танец

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Здравствуй, мой милый. Всё так же, как прежде.
Вечность в сплетеньи своих и чужих.
Жизнь коротка, океаны безбрежны,
Звуки прекраснее в мире слепых.

Знаешь, сегодня морозы стихают,
Солнце всё ярче, а дни всё длинней.
В ладонях снежинки беспомощно тают,
А где-то в душе с каждым днём холодней.

Наивно и глупо мечтать о прекрасном,
Погрязнув в реальной зыбучей сети.
Сражаться вслепую, забыв об опасном,
С бельмом на глазах ошибаться в пути…

Ты знаешь, я помню, я всё ещё помню -
Безумные танцы в закатных лучах.
И может, ещё раз я танец исполню,
Забывшись в предсмертных болезненных снах.

Зайди ко мне ночью, в тени у палаты
Прижмись к ледяному глухому стеклу.
И вспомни, как мы танцевали когда-то,
И платье струилось волной на ветру.

Ты будешь считать в полумраке дыханье,
Боясь, что звучит мой последний аккорд.
Танцуй же со мной в этот час на прощанье,
Безумно, бездумно, без мыслей, без слов.

Забудь все обиды - их смыслы исчезли,
Забудь, что давно мы с тобой не свои.
Танцуй этот танец - мой танец последний,
И пусть не поймут за стеклом дураки.

По кафельным плитам, сквозь двери и стёкла,
Глаза закрывая, забудь обо всём.
Забудь этот мир - бесполезный и блёклый,
Зажги мою смерть разноцветным огнём.

Забудь и о ней - вам осталась вся вечность,
Сегодня ты мой, и танцуй для меня.
Махни мне рукой- я иду в бесконечность,
Одна, без родных, без друзей, без тебя.

Считай моё сердце - оно ещё бьётся,
Смотри, как ресницы дрожат на щеках.
И слушай, как в прошлом нам солнце смеётся,
Как ветер играет в моих волосах…

12:52 

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Мне, безусловно, немного обидно что мне так никто и не подарил веник из мимозы. Что мой романтический ужин прошёл в одиночестве с жалкой тарелкой картошки.
Но ведь и я никому не дарила гель для душа и пену для бритья на 23.
Всё просто, Кристиночка. В этом городе ты одна. Ты никому не нужна, тебе некуда пойти. Тебя нет в его истории. Ты чужая.
Согласись, ведь ты не делаешь ничего, чтобы изменить это. Ты ждёшь, что всё упадёт с неба. Но так не бывает.
Тебе 20 лет, ты взрослая девка. Так почему же ты думаешь так же, как в 5 лет? Мамы здесь нет, никто не защитит тебя. Бабушка не будет кормить тебя с ложечки. Ты одна. Одна в огромном мире. И ты в нём - всего лишь капля в море.
Пора учиться жить. Перестать прятаться.
Хочешь быть живой? Тогда придётся научиться дышать.

18:19 

С праздником нас, дорогие леди, синьоры и мадмуазели!

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Весны всем! Самой свежей, самой солнечной, самой незабываемой.

20:03 

Хозяин Снов

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
ХОЗЯИН СНОВ

По кривым перепутьям у звёздных дорог,
Там, где ад превращается в рай,
Где со звоном летят облака из-под ног,
Где небесного моря край,
Где танцуют ветра в беспредельи ночей,
Где кончаются грани миров,
Шёл, звеня разнзвучной связкой ключей
Благородный Хозяин Снов.
Исчезая в тумане, плетёном из звёзд,
Пробираясь заветной тропой,
По закату шурша древесиной колёс,
Шёл из дома опять домой.
Погоняя своих черногривых коней,
Оставлял переливчатый след,
По волнам у свободных небесных морей,
По хвостам непокорных комет.
Выпуская мечты из проклятых оков,
Рассекая рукой горизонт,
Благородный и мудрый Хозяин Снов
Направлялся в небесный порт.
И тебе, и ему, и своим, и чужим -
По пригоршне шипящих теней,
Чтобы каждый соткал разноцветные сны
Из сплетений туманных путей.

17:15 

Ночные приключения xD

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Всё как всегда - пришла на выборы - в списках меня нет, в мою очередь зависли урны. Не, ну а чё. Я же человек-катастрофа.
Ходила на Эпидемию. Они как всегда - божественны) Было приятно вот так вот стоять всем вместе, всей фан-зоной, и просто петь любимые песни. Было как-то по-тёплому, и все дружелюбные ребята, и никаких инцидентов.
Правда, один инцидент мне всё же встретился.
По дороге на остановку. Некий субъект, идущий мне навстречу по узкой тропинке, искатель ночных приключений, с чего-то решил что ему надо меня поцеловать -_-"
Но я, не особенно заморачиваясь, засветила ему при первой же попытке кулаком в фейс:vict:
Он, умный мужик, сразу понял и пошёл своей дорогой)
Вот так вот всё и прошло))
Спасибо Эпидемии за вчерашний замечательный концерт. И Илье, который, как всегда, был прекрасен:rotate:


@музыка: Эпидемия - Я молился на тебя

23:07 

Обыденность моей жизни

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Сплю я, значит, и снится мне серебристо-асфальтовая тайота, с дверями автоматами и панорамной крышей..( и приснится же). И вот слышу я - орёт сигнализация, и долго так орёт. Думаю - ну, сцуко, что ты орёшь, сейчас выключу... И меееедленно так в мою голову приходит осознание того, что это надрывается мой будильник.
И вот - очередное разочарование в жизни)))

А между тем - в универе всё хорошо, завтра иду на 2 конференции. В воскресенье ждут меня выборы и концерт в рок-клубе)))
Звонила мама - вчера забрали новую шкоду из салона, теперь у нас две одинаковых. Если на маттиз всё так же не будет покупателя - он поступит в моё полное распоряжение. Но вот зачем он мне, если у меня нет прав? Хотя, в искусстве разворачиваться на краю обрыва с такой скоростью, с которой даже мама заорать не успевает - неожиданно для меня самой, естественно, мне нет равных:-D

Начали с Асей делать аксессуары и всякую хрень на заказ, из всего что под руку попадётся. Но это так, от скуки и для разнообразия.

Выдала замуж одногрупницу и подругу. Массовость какая-то... Может, конечно, это я дебил. Но по мне - так рано портить себе жизнь замужеством - это катастрофа. Но это по мне)

@настроение: Вааася - стяляга из Москвы))))))

23:17 

Ты узнаешь, что это - тебе.

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Мне до боли тебя не хватает.
Я мечтаю к тебе прикоснуться.
Я надеюсь, что лёд растает,
Я надеюсь для мира проснуться.
Задыхаться тобой до безумья.
Прятать руки в твоих волосах.
Не пускаться в глухие раздумья,
Отражаться в твоих глазах.
Крепко стиснуть тебя в объятьях.
Никогда больше не отпускать.
Завернувшись в холодном платье
Научиться весь мир забывать.
Позабыть послевкусие крови.
Позабыть о дрожи в руках.
Превратившись в героя историй,
Растворяться в твоих шагах.
Улыбаться. Тебе. Без стесненья.
Научиться всей грудью дышать.
Потерять остроту сожаленья,
Встрепенуться, взлететь и мечтать.
Мне до боли тебя не хватает.
Мне так хочется выть и кричать.
Только камень в груди мешает,
Не даёт шевелиться и встать.
Так мечтала догнать и в порыве
Стиснув с болью, такой, как в груди
Осознать лишь тебя в этом мире,
Лишь тебя на моём пути.

Прости меня... Я знаю, что ты меня найдёшь.
Я буду ждать. Столько, сколько потребуется.

20:00 

Добро пожаловать,Тадеуш Ксанти!

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Милости прошу в Королевство Equiris!
Чувствуйте себя как дома))
Что побудило Вас остаться за нашими воротами?

21:49 

Я ищу тебя. Как всё похоже...

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
"Я ищу тебя. Еду в метро и всматриваюсь в лица, ловлю носом знакомые запахи духов и тела и с трепетом оборачиваюсь.
... не ты.
Я ищу тебя. В каждом окне, в каждой машине, в каждом человеке, что проходит мимо, - можешь быть ты. Увижу ли я тебя? И есть ли ты среди них?
Ты можешь быть в любой квартире любого дома, который остается позади меня, и я боюсь. Боюсь, что не заметила, упустила. Разминулась на доли секунды...
Я ищу тебя. Где ты? Откликнись. Не мучь меня.
Ты везде и нигде. Ты есть и нету. Ты мой и ничей. Ты можешь быть чужим или Её.... Нет, ты мой. Ты в моей душе и потому ты - везде. И потому, ты - нигде.
Я вижу тебя в отражении луж, в глазах ребёнка, которого у нас уже не будет, в лужах солнечного рассвета и в кровавом закате разлуки. Ты есть.
Я ищу тебя. Слышишь? Отзовись. На миг, на маленький миг, что есть моя жизнь. Я здесь. Я - ищу. Я - верю. Я - жду.
А пока... "

16:50 

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Итак, прошло две недели учёбы...
За это время мой пациент успел впасть в кому и теерь врядли из неё выйдет. На конференцию, исходя из этого, я тоже не попадаю.
Жизнь, собственно, почти не изменилась. Правда, меня звали замуж) Но это не входит в пла моей жизни, так что...
Пока не знаю, легче стало или труднее.
Хочтся перемен... Они дают мнеощущение волшебства.

22:58 

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Итак, наконец-то я закончила это безумство))) Не судите строго... Заскоки, что ж поделать.
А между тем, первый день учёбы позади.
В медпункте потеряли мою флюорографию, придется искать в поликлинике.. гады.
И - больше ничего... Домой хочу, спать хочу.
С возвращением в Мордор меня...

22:53 

Мир за поворотом. Заключение.

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
VIII

Но моё любопытство было неутолимо. Я жаждала узнать ответы на множество вопросов – кто я и откуда, как я здесь оказалась, в чём тайна лорда, что за цветок от меня спрятали. Рано или поздно это должно было произойти. И я решила проникнуть в восточное крыло замка, которое было для меня закрыто чуть ли не под страхом смерти.
Первым делом я убедилась, что все двери надёжно заперты, а замки не поддаются моей силе. Сделать это было не трудно – днём Алексанн не выходил оттуда, а слуги работали, и мне не составило труда от них ускользнуть. Потом я проследила за тем, как лорд открывает дверь – одним из ключей на общей связке. Но, проведя эксперимент и по очереди таская ключи у знакомых, я убедилась, что их нет ни у Флоринды, ни у других. И даже у старухи-экономки Бриджит их не оказалось. Это означало только то, что мне придётся либо искать другие пути, либо украсть ключи хозяина, что ничего хорошего не сулило.
Выждав несколько дней, чтобы снять с себя подозрения рабочих, по очереди теряющих свои связки, я приступила к выполнению очередного плана, прочно засевшего в моей голове. Сославшись вечером на головную боль, я не спустилась на ужин. Закрыла снаружи свою дверь и отправилась к восточной части замка. Спряталась за колонной дверной арки. Всё оказалось даже проще, чем я думала – пока лорд спросонья пытался вставить ключ в замочную скважину, скрывшись за открытой дверью, я ползком проскользнула внутрь и затихла, в ожидании того, когда я останусь здесь полноправной хозяйкой.
Шаги затихли. Вот я здесь. На пороге ответов на свои вопросы.
Легкая дрожь пробежала по телу, замирая где-то в самой глубине. Осторожно я направилась вперёд. Ноги цепляли носками целые пригоршни серой пыли. Она была повсюду – ожерельем темнела на свисающей паутине, тихо забивалась в углы. Казалось, что я попала в старый, забытый всеми склеп – здесь царила мёртвая тишина, среди которой звук моих шагов походил на грозовые раскаты. Окна уныло обрамляли пыльные чёрные портьеры, похожие на истлевший саван, болтающийся на костях. Голубой свет мягко и тоскливо сочился в узкие отверстия, затухая в залежах пыли. Давно потухшие канделябры молчаливо поблёскивали на стенах. Корявые тени сиротливо скреблись по углам.
Шаг. Ещё один. Ещё и ещё… Я оказалась в комнате хозяина замка. На первый взгляд ничего особенного. Кровать с синим бархатным пологом, письменный стол и книги… Всё покрыто толстым слоем пыли, словно здесь уже сотню лет никто не жил. На столе недописанные листы, пустая чернильница. Только следы на полу, словно на сером песке, говорили о том, что здесь кто-то живёт. Брошенные, словно внезапно оставленные, вещи валялись по всей комнате – раскрытые книги, мятая рубашка, разбитое зеркало с серебряной ручкой. Я присела и заглянула в камин. Давно прогоревшие угли покрылись пылью. Ветер тяжело вздохнул в трубе, заклокотал и затих, улетая дальше. А в углу комнаты, освещённая неведомым серым светом, стояла чёрная сухая роза, источая тягучий яд и сладкий аромат ветра.
С замирающим сердцем в груди я пошла к ней. Одинокая, словно всеми покинутая в этом старом склепе, она дрожала передо мной всеми своими веточками, словно пыталась убежать и спрятаться в самом тёмном углу. Она напоминала мне трепещущее пламя свечи, которое вот-вот погаснет от ветра. Я опустилась на землю перед ней. Вокруг валялись сорванные бутоны, посеревшие, словно старая фотография. И повсюду темнели темные пятна крови, как зияющие дыры в разорванном платье. Я прикоснулась к ней рукой… Мягкая, словно бархат. Холодная, будто сама смерть. Я согревала её своим дыханием, и лепестки мягко подрагивали возле моих губ.
Я не заметила, как пролетела ночь, и очнулась, когда небо уже серело в лучах предрассветного солнца. Подняв с пола сорванный цветок вместе с горкой пыли, я решила найти подходящее укрытие. Задёрнув полог кровати так, чтобы там можно было спрятаться, я с ногами забралась на черные простыни. Дверь скрипнула и отворилась. Лорд зашёл в комнату. Тонкое лицо казалось мраморно-белым и худым, а глаза темнели, словно чёрная бездна. Он остановился и медленно обвёл взглядом спальню. И вот он стоял и смотрел туда, где пряталась я, словно бы видел через тяжёлую занавесь. Мне казалось, что я сейчас просто умру от страха. Сердце сжалось в какой-то мерзкий и скользкий маленький комок, прилипший к костям. И словно ничего больше во мне не осталось. Ещё одна вечность пролетела в этот момент.
Тёмная фигура вздрогнула и повернулась лицом к кусту. Он вдруг весь затрясся, словно в конвульсиях, и с шумом повалился на колени перед цветком. Мне казалось, что я не дышу. Я видела, как его тонкие бледные руки тянулись к веткам, натыкаясь пальцами на шипы, покрытые чёрным отравляющим соком. А потом он упал, поднимая столб седой пыли. И там, где только что был красивый молодой юноша – там, на каменном полу, лежал огромный чёрный волк. Тот самый.
Мгновенье он продолжал лежать, не двигаясь. Лунный свет играл в густой лохматой шерсти. Я успела заметить его частое дыхание. Вдруг он заскулил, весь напрягся и рывком бросился к цветку, клыками срывая чёрную розу. Ударившись о стену, он так и остался лежать в углу, сжимая в зубах цветок, усыпанный шипами. Из стебля закапала густая кровь. Сначала каплями, а потом струйкой, она окрашивала белые клыки волка, исчезая в его пасти. Чёрные лепестки превратились в ярко-алые. Шипы рвали губы, и две крови смешивались в одну. Он забился в судорогах, хрипя и жадно хватая воздух. И с каждым глотком крови он затихал, и казалось, что даже сердце билось всё медленнее. Но вместе с тем и менялись его черты. И постепенно я начала узнавать в нём того, кого знала, и к кому привязалась за эти дни. Я провела в замке Тхальмар год. Я видела, как опадают листья на деревьях, как море покрывается льдом. Босиком я ходила по утреннему снегу. Я смотрела, как распускаются первые почки и расцветают вишни в саду. И всё это время он был со мной. Смеялся надо мной, упрекал. Но всегда оставался рядом. Был поверенным всех моих тайн и желаний. Делил со мной минуты счастья и горечь разочарования. Я не могла просто стоять и смотреть, как тот, кто мне дорог, бессильно лежит на холодном полу.
В каком-то безумии я разметала руками полог и в одно мгновение оказалась перед ним. Глаза Алексанна были закрыты, но ресницы тихонько подрагивали. Я протянула руку, и дотронулась до его руки. Холод проник под мою кожу и пустил свои цепкие корни, усыпляя разум. Он открыл глаза.
-Ты… Ты теперь всё знаешь… - мне показалось, что его посиневшие губы тряслись от холода. А он улыбался.
Я опустилась на колени перед моим лордом, вглядываясь в глубину потемневших глаз. Тяжелое, прерывистое дыхание душило его верёвкой, затянутой на горле.
-Роза… Давала мне жизнь… Давала мне быть тем, кто я на самом деле… Каждый день она поила меня своей кровью, позволяя мне стать человеком… - он хрипел, но продолжал мне улыбаться, силясь не показывать мне той боли, что намертво застряла в нём.
-Молчи, слышишь?.. Не смей говорить!.. – я протянула руку к его длинным волосам, спадавшим на лицо рваной тенью. И вдруг увидела стекающую по моей руке струйку крови. В ладони была сухая роза, которую я сжимала с такой силой, что шипы вонзились глубоко в кожу. Я не чувствовала боли. Бросив растёртый в пыль цветок, я обхватила рукам голову лорда. Словно во сне, в забытьи, я гладила его по щекам, согревала его руки своим дыханием… Не замечая слёз, застилающих глаза, я думала о том, как он каждый рассвет лежал здесь вот так, на грязном полу, один во всём своём мире, тот гордый и надменный лорд, в величии которого никто не смел сомневаться. Лежал, захлёбываясь холодной кровью, проклиная всю свою жизнь. И мне казалось, что я никогда больше его не увижу… Всегда доброго ко мне. Снимающего передо мной всё маски. Не сыграю с ним в четыре руки. Не забинтую ему порезанную руку. Не поеду с ним на охоту в горы. И… мне показалось, что вместе с ним от меня ускользает нить моей жизни, словно исчезающий в пустоте хвост пролетевшей кометы.
А что я могла сделать? Слушать его хрипящее дыхание, судорожно вцепившись пальцами в воротник рубашки. Рыдать, уткнувшись в его холодное плечо, запутавшись в его волосах. Никогда, никогда ещё я не чувствовала себя такой жалкой, бессильной, бесполезной!
А между тем я не заметила, как капли моей крови стекали ему на губы, с горьким привкусом соли, с обжигающей теплотой. Как они капали на землю и впитывались, насыщая пыль под корнями высохшего куста. Как эта пыль становилась багряной, а затем чёрной. И вдруг бутоны затрепетали, ожили, как-то вытянулись; заалели, словно бы налились кровью, и в один миг потеряли весь цвет и рассыпались, падая вниз серым безликим пеплом, смешиваясь с грязью, пылью и паутиной.
-Всё прошло… - я вдруг почувствовала, как лорд обнял меня рукой, прижимая к себе и целуя в лоб. И рука его стала теплее.
Я не могла сдержать рыданий. Повалившись на грудь моего друга, я кричала во весь голос, и в эту минуту для меня не существовало больше ничего. Только пыльная комната в розовых лучах восходящего солнца, две фигуры, забившиеся в угол. Соль на губах от слёз и размазанной по щекам крови. А потом для меня исчезло всё, утонув в темноте вместе с моим сознанием.





IX
Я
очнулась на кровати в своей комнате. Солнце было высоко в небе, тёплые лучи легко пробирались через портьеры. Голова кружилась, перед глазами висела какая-то мутная пелена. Шевелиться было почти невозможно – руки казались свинцовыми и совершенно не слушались.
Наконец, я увидела, что возле моей кровати сидит Алексанн. Смотрел на меня и улыбался. Как всегда. На щеках юноши горел здоровый румянец, глаза светились теплым лазурным светом.
-Ты спасла меня от старого родового проклятья, - лорд взял мою руку в свою, и она оказалась живой и тёплой.
-«…И только в час, когда в углы забьются тени,
Когда сквозь темноту пробьётся солнце,
Когда исчезнет сила сновидений,
Когда живое сердце рядом бьётся,
Лишь в этот час вернётся дар свободы,
Купив рассвет своей безмолвной болью
Сгорят шипы, уйдя в былые годы,
Глотнув рассвет с живой горячей кровью…»

-Я был не прав, когда говорил, что у тебя ничего нет. У тебя есть самое сильное сердце.
Мне пришлось проваляться в постели ещё несколько дней, прежде чем я смогла подняться на ноги и самостоятельно передвигаться по замку. Постепенно щёки снова стали румяными, а руки снова стали слушаться.
Однажды вечером мы отправились верхом в Тхорим. Город радостно встречал своими каменными домиками и остроконечными крышами.
-Я должен сделать для тебя что-то равноценное, помнишь? – Алексанн подал мне руку и помог спрыгнуть на землю. Медленно, растягивая каждое мгновенье, мы поднимались вверх по ступеням, вдыхая в себя дух этого города. Глядя друг на друга, запоминая каждую деталь.
Дверь отворилась, зазвенел медный колокольчик.
-Чем я могу вам помочь? - девушка за прилавком весело улыбнулась, помешивая ложечкой кофе.
Я поставила на стол свою простую глиняную чашку, любуясь разлитыми на ней тёплыми лучами солнца.
-Верните мне моё имя. А взамен я отдам вам нечто равноценное.
Девушка улыбнулась, забирая чашку.
Дверь захлопнулась за моей спиной.
Я стояла, опираясь на каменные перила, и смотрела, как ветер треплет чёрные волосы лорда. Он улыбнулся и вложил мне в ладонь что-то маленькое и тёплое.
-Если вдруг ты захочешь увидеть меня ещё раз, просто переверни их, - я сжала в ладони крошечные стеклянные часы, наполненные светлым лазурным песком. – Я купил для нас немного времени…
Я чувствовала его запах свободы, пьянящий мне голову, заставляющий забыть обо всём.
…Шаг, другой, третий. Мои туфли на низком каблуке звонко стучали в тишине. У этой улицы не было звука – она молчала. Булыжная мостовая сменилась асфальтом, каменная кладка превратилась в бетонные панели, узкие стрельчатые окна стали квадратными. Солнце уже село, но воздух ещё был золотым. Это было моё любимое время – когда всё залито тёплой солнечной рыжиной, а небо полыхает вечерними красками. Так и эта улица – она была похожа на рыжую конопатую девчонку, которая улыбается навстречу мне…
На мне болтались серые вельветовые брюки и блузка, нагретые тёплым летним солнцем.
Где-то стоит складной диванчик и чугунная батарея. Я вспомнила о том, что меня ждут белый халат и больничные палаты с больными, которым нужна помощь. Где-то стоит стакан с пустым недопитым чаем, телефон разрывается от звонков. У маленькой леди, которая умеет вышивать и играть на настоящем органе, есть свой мир и своё место. И, конечно же, самое главное – у меня есть моё имя – как там оно звучит?
Может быть, мне показалось. А может быть, в моей душе действительно стало пусто – и какая-то часть того, что мне дорого, осталась там вместе с той странной Анабэль, у которой не было ничего, кроме простой глиняной чашки. И самого сильного сердца.

… Я ходила, ступая ногами по каменным плитам,
Обжигая до ноющей дрожи босые ступни;
А за мною, как верная лживая свита
Извивались змеями в тумане косые лучи.

Замирая струною в столбах серебристого света,
Оставляя, как след, лишь сухое дыханье в тени,
Я иду, закрывая лицо от шального рассвета,
Уронив в тишине догоревший огарок свечи.

И в бликах углей, прогоревших в широком камине,
За каплею капля, я красную вижу нить.
И в темном углу, в паутине кровавых линий,
Ты будешь безумно, протяжно и яростно выть.

Я тихо приду, опустившись к тебе на колени,
И молча останусь с тобой, притаившись в углу.
Я молча останусь, прижавшись к забитому зверю,
Как в тёмные ночи жмутся волчата к теплу.

И слушая хрипы, я буду проглатывать слёзы,
Скуля и прижавшись к холодной кровавой груди.
Так плачут, когда на могилу бросают розы,
Скрывая пустые глазницы в бессмертной тени.

И тихо, прижавшись губами к затихшему сердцу,
Я тонкие красные струйки поймаю рукой…
В холодных руках я останусь, пытаясь согреться,
Я просто хочу в этой жизни остаться с тобой.

И пусть в эту ночь на земле торжествует правда,
Убийцы, пустившие в спину кривую стрелу.
Я сегодня останусь травиться смертельным ядом,
Я сегодня останусь со зверем, скулящим в углу.

И если ты хочешь, то медленно, капля за каплей,
Я дам тебе силу, дающую вечную смерть.
Я дам замеревшему сердцу напиться ядом,
И жизнь, за которую нужно лишь раз умереть…

19:53 

Мир за поворотом

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
IV

-Мечтаете о крыльях? – я вздрогнула, оборачиваясь на голос. Из темноты башни медленно вышел он. Надменный, самодовольный. Мой молчаливый хозяин, который дал имя своему новому котёнку. Он был в длинном чёрном плаще. Когда высокая фигура двинулась ко мне, полы плаща красиво заколыхались, сливаясь с дрожащей тенью.
-Как вы официальны со мной, - я решила не сдаваться без боя нахальству моего знакомого, и гордо вздёрнула нос, повернувшись на носках к нему лицом. Но особого впечатления это на него не произвело – хозяин засмеялся и окинул меня приценочным взглядом с ног до головы. Ветер рванул копну моих волос, яростно ударив лентой по щекам, а я так и стояла, растерянная оскорблённая невинность, покрасневшая до ушей. Тем временем он подошёл и встал рядом, облокотившись о перила локтями. Я уставилась на его руки в длинных чёрных перчатках. А он смотрел куда-то вдаль. На момент мне показалось, что его взгляд проникает за горизонт – и ему нет преград. В свете восходящей луны его глаза казались синими, как штормовое море.
-Вы, словно тень, выходите на свет луны? – я всё-таки должна была удовлетворить своё любопытство. Мой спутник вдруг как-то сразу потерял всё своё нахальство и помрачнел.
-Мне кажется, вы слишком долго на свежем воздухе, миледи. – Он схватил меня под руку и потащил к лестнице. – Я провожу вас до ваших покоев.
От возмущения я не могла подобрать подходящих ругательств, которые роем крутились у меня в голове, пока гостеприимный хозяин грубо тащил меня по коридорам замка. Пока мы спускались и петляли по галереям, он не сказал ни слова. Толкнув меня в комнату, мой знакомый с грохотом захлопнул дверь за моей спиной. Немного отойдя от произошедшего, я выглянула в коридор. Пустое помещение мерцало в тусклом свете канделябров, танцующих на сквозняке. Ну вот. Снова исчез.
Вернувшись в комнату, я поглядела в окно на темнеющие деревья леса, походила из стороны в сторону. Наконец, вытащила с полки первую попавшуюся книгу и устроилась в кресле поближе к огню.
Уставившись на лисьи хвосты пламени в камине, я не могла отделаться от мыслей. Я начинала чувствовать себя пленницей. В замке, в своей комнате, возможно, даже в городе или стране. Откуда я? Где я родилась, где моя семья, почему я ничего не помню? И что, в конце концов, из себя строит этот наглый мужлан, в доме которого я оказалась?
Открыв книгу, я сначала рассматривала картинки, где изображались какие-то неведомые существа, драконы, гномы и кто-то ещё.

…Взмахнув чешуйчатым крылом,
Он взмыл в туманы поднебесья,
Хозяин неба, царь-дракон,
Хранитель старых детских песен.
Сгибая шею, словно лук,
Свистя по ветру, как стрела,
Отец огня и жгучих мук,
Летел, развеяв облака…

По-видимому, это была сказка или что-то в этом роде. Читать не хотелось. Мысли лезли в голову, словно ящерицы на первые солнечные лучи. Глаза сами шарили по комнате, то и дело останавливаясь на чём придётся. И вот, остановились на чашке. Моей обычной глиняной чашке. Отсветы огня разливались по коричневой поверхности, словно ещё сохраняя тепло от горячего кофе. Я вспомнила. Вспомнила маленькую лавочку и девушку за прилавком. Может быть, она знает что-нибудь обо мне?
Я твёрдо решила наведаться туда при первой же возможности. Понадеявшись на завтрашнее утро, я самостоятельно, что нужно отнести к моим великим заслугам, сняла свой новый наряд и нырнула в объятья перины, зарываясь в гладком шёлке.
Но утром мои планы не свершились – Флоринда не отходила от меня ни на шаг, словно бы получила инструкции от своего господина держать меня в поле зрения.
-Ах, Ана, мы вчера совсем сбились с ног – ты нас так напугала! Слуги прошарили весь город, думали, что ты убежала. Хорошо, что милорд нашёл тебя, - девушка как всегда болтала, а я, как всегда, навостряла уши. –Он с нас чуть шкуру не содрал заживо, и злился, как никогда.
-Флоринда, скажи же мне наконец, кто ваш хозяин? – уплетая свой завтрак, на этот раз принесённый мне в комнату, я смотрела в окно и слушала свою стражницу.
-О, хозяин хороший человек, - если бы я тогда могла судить об этом, то непременно подумала бы, что манера говорить у девушки напоминает приятный немецкий акцент. –Он на самом деле очень добрый, наш хозяин. Не слушайте слухи, милая леди, и вы увидите, что я говорю вам правду. Наш город относится к его владениям, и лорд проводит в замке большую часть времени.
Пока Флоринда застёгивала на мне застёжки платья, по какой-то мне неизвестной причине сегодня из зелёного превратившееся в золотисто-жёлтое, я узнала, что таинственного хозяина зовут Алексанн Наттэн. Узнала я так же и о странной болезни хозяина, которая не позволяет ему выходить из комнат днём.
Ну что ж, если уж пока что мой побег не удался, я была не прочь узнать что-нибудь полезное. А поскольку Флоринда не могла меня оставить, то ей пришлось провести мне настоящую экскурсию по замку Тхальмар. Оказалось, что напротив по коридору от моей спальни находится большая библиотека. Книг в замке было огромное множество – они были и в комнатах, и в библиотеке, и в просторных гостиных, и даже в пыльных кладовых, заросших седой паутиной. Вероятно, мой молчаливый хозяин чрезвычайно начитан.
В замке оказалась замечательная оранжерея, где в изобилии росли самые разные цветы, наполняющие комнаты чудным ароматом. Я была любопытна до неприличия – что не подобало такой молодой леди, как я – я лично продегустировала весь ассортимент ароматов. Оказалось, что они вовсе не обычны. Лилии пахли ванильными сливками, алые розы – терпким кофе, фиалки – солёным морем, а ромашки – горячим речным песком. Но меня привлёк ещё один запах, который показался мне смутно знакомым. Я пошла к нему, и вскоре обнаружила, что аромат истощает ещё один розовый куст. Но ветки его были сухие, корявые, увенчанные длинными острыми шипами. С этих колючек капал густой чёрный яд. Меня необычайно привлекло это растение. Мрачное и вместе с тем ужасно грустное, мне казалось, будто оно плакало передо мной ядовитыми горькими слезами. И розы, пышные и прекрасные, но угольно чёрные, словно траурное платье. Это был тот самый запах. И я вспомнила. Рыжая улица, словно конопатая девчонка. Это был её запах – запах ветра и свободы. Но всё же не совсем – всю сладость оттенял горький привкус глубокой печали, словно волчьей тоски, вылитой на лунный свет. Я склонилась над розой и протянула к ней руку. И вдруг маленький цветочек весь затрясся и задрожал, словно голодный волчонок.
-Не трогай его, - Флоринда уже подбежала ко мне и оттаскивала меня от куста. Но я и не сопротивлялась – цветок меня слишком удивил, чтобы я сейчас могла соображать.
В довершение после обеда мне пришлось сидеть в саду, пока моя стражница работала и помогала собирать яблоки. Но поскольку сидеть было скучно, а уйти невозможно, миледи соблаговолила поучаствовать в работе и вместе со слугами весело собирала урожай. Яблоки, кстати сказать, оказались совершенно обычные – бледно-розовые с сочными румяными боками.
А между тем, как я не пыталась скрыть от самой себя, я с нетерпением ждала заката, надеясь на новую встречу с грозным хозяином.



V

После ужина, на который меня по доброте душевной выпустили в столовую, мы с Флориндой уютно расположились в маленькой гостиной, соединённой с коридором между моей спальней и библиотекой. К слову сказать, гостиных было две – утренняя, где так замечательно можно было пить чай, греясь в цветных витражных лучах нежного солнца, и вечерняя, где можно приятно развалиться на диванчике, поджав ноги, глядя на пляски огня в камине. Я закрыла глаза, подставляя лицо теплу. В голове пищали какие-то мысли, образы, пытаясь обрести форму. Но я помешала им, распахнув глаза. Флоринда устало раскинулась, свесив руку. Я убедилась, что она заснула, утомлённая моими капризами за целый день.
Тихонько соскочив с дивана, я сняла свои атласные туфли, чтобы мои шаги стали не слышны, и, взяв их в руки, пошла по коридору, стараясь не шуршать платьем. Спустившись в парадную залу – я наконец-то запомнила дорогу, надо отдать мне должное, я отодвинула задвижку и вышла во двор. Луна ярко освещала дорожки, выложенные камнем. И я смело шагнула в темноту, доверяя себя бдительности блуждающих теней.
К счастью, моего исчезновения пока что никто не заметил, и я безнаказанно пересекла дворик, обогнув серый каменный фонтан. Проскользнув в ворота, я оказалась в парке, по которому впервые пришла. Оставалось найти дорогу в лавочку. Идти по дорожке было бы слишком неосторожно, и я свернула в сторону. Ночь была сырой и приятной – тёплая, светлая и звёздная. Я шла, ощущая росу на босых ногах, и вдыхала полной грудью горьковатый запах тумана. Тишину нарушало только моё дыхание и уханье совы где-то вдалеке. Я совсем успокоилась и мягко скользила между стволов. Но парк всё не кончался – дорожки пропали из виду, туман сгустился. Вскоре я поняла, что заблудилась. Проклиная своё любопытство, я кружилась между деревьев, не имея ни малейшего понятия, куда идти.
Я ясно различила тихий звук шагов. Размеренных, неторопливых – так плывут корабли по морям. Я узнала шаги. Из тумана вынырнул Алексанн и оказался рядом со мной.
-Ана! – я вопросительно смотрела на него, ожидая бурю на свою голову. Он схватил меня за руку – я ощутила ледяное прикосновение, и мне показалось, будто холод кольнул меня прямо в сердце. Лицо моего спутника было тревожным. Я не заметила ни ухмылки, ни упрёка. Похоже, что хозяин за меня волновался!
Пока я рассуждала, он повёл меня через туман, и очень скоро мы вышли на дорогу. Холодная рука лорда змеиным кольцом обвивала моё запястье, но ощущение было даже приятным – будто тысячу маленьких иголочек пробегали по жилам. И, наконец, он заговорил.
-Ты могла пораниться. Могла упасть и сломать ногу. Могла попасть в руки разбойников. Могла стать ужином для ведьмы, - казалось, что сейчас мой проводник обвиняет меня во всех смертных грехах.
-Могла… Но ничего этого не случилось.
-Но ты заблудилась!.. – возразить мне было нечего, поэтому я покорно зашла в ворота, которые Алексанн со скрежетом захлопнул. Лорд иронично окинул меня взглядом и рассмеялся. – Что за новая мода ходить без туфлей?
Он вырвал обувь из моих рук и, присев, посмотрел на меня. Лунный свет отразился в его взгляде. Молча Алексанн смахнул капли росы с моих замёрзших ног и надел на них туфли. Молча встал, продолжая смотреть на меня нахальными глазами.
-Но мне нужно вернуться в лавку, - возразила я, немного смутившись.
-Послушай меня, - лицо его стало суровым, - Ты не знаешь, кто ты, откуда и как сюда попала. У тебя нет даже имени! И ты полагаешь, что я отпущу тебя на все четыре стороны? Ты ошибаешься! – лорд гневно развернулся и зашагал к замку.
-И что ты прикажешь? – я кричала ему вдогонку, держа руками разлетающиеся волосы. – Сидеть мне под замком до конца своих дней?
-Так значит, ты смертная? – нахал расхохотался и скрылся в дверях, оставляя меня одну посреди двора. Не успев обдумать сиё явление, я присела на край фонтана, глядя в отражения бледной луны. Как ни странно, меня всё это заинтриговало. Кто знает, вдруг моя настоящая жизнь окажется скучной и неинтересной?



VI

Следующий день прошел для меня уже не так страшно, как предыдущий – мне было помиловано разрешение свободно ходить по всей территории Тхальмар. Флоринда всерьёз решила мной заняться, а потому для меня было составлено расписание – уроки правил поведения, уроки грамотности, затем изучение традиций, легенд и поверий, а так же немного занятий историей и картами. Все это могло бы показаться скучным, но моя жажда разгадать все загадки оказалась сильнее, и я с жадностью впитывала всё, что мне предоставлялось.
Во время своих хождений я наткнулась на настоящую конюшню, где увидела прекрасных лошадей. Надо сказать, я сразу почувствовала к ним любовь, будто бы любила их всю жизнь. Но и лошади меня полюбили – радостно встречали меня ржанием и тыкались носами мне в плечо. Так к моим урокам ещё и добавился урок верховой езды. И конечно, это был самый приятный урок. Никаких уздечек и сёдел здесь не было – на лошади красовалась только расшитая узорами лёгкая попона, а управлять оказалось до безобразия легко – животные понимали самое незначительное движение и любые просьбы. Мне выделили прекрасную белую лошадь – её звали Фортуна, и моё заточение уже не казалось мне таким ужасным.
Вечером я не стала нарываться на неприятности и послушно сидела в столовой, разглядывая шитьё на своём – сегодня серебристом – платье. Флоринда пошла относить пустые тарелки на кухню, и я оставалась в своём гордом одиночестве. Когда дверь распахнулась, и передо мной появился хозяин, я не очень-то удивилась. Но сегодня он был, по-видимому, в хорошем настроении, о чём говорила широкая улыбка. Лорд был учтив, не говорил ничего обидного и не издевался над моей чувствительной особой.
-Я подумал над нашей вчерашней беседой, - говорил он, - и решил скрашивать по вечерам твоё заточение. – Может, это и было немного самодовольно, но я не спешила отказываться от общения с молодым лордом, пленницей которого мне посчастливилось оказаться.
Алексанн повёл меня в башню, соединяющую южное и восточное крыло замка. В этой части коридоров было темно, и канделябры были потушены. Тонкий дымок паутины свисал с потолка, с тяжёлых позолоченных рам, в которых темнели провалы картин. Окажись я здесь одна, я бы леденела от страха, шарахаясь от собственной шаловливой тени. Наконец мы остановились перед железной дверью, и лорд повернул ключ в замке.
-Ты увидишь там зеркало, - сказал он, открывая дверь, - Посмотри в него.
Дав себе клятву ничему не удивляться, я смело шагнула в башню. Посреди комнаты, в лунных лучах, льющихся из окна, действительно стояло большое зеркало, накрытое покрывалом. Я подошла и аккуратно стянула материю. Голубой свет мягко отразился от стекла и заструился по комнате. Проведя рукой по гравированному серебряному обрамлению, я затаила дыхание и заглянула внутрь.
Нет, я бы вовсе не удивилась, если бы в этот момент моё сердце остановилось в знак протеста. Из глубины серебряного стекла на меня смотрели два огромных волчьих глаза, словно два зелёных огня. Я вскрикнула и отшатнулась, и тут же почувствовала, как мои плечи обхватили холодные руки.
-Не бойся, глупая, - Алексанн развернул меня снова лицом к зеркалу. – Это Зеркало Души. Оно показывает наши души.
Я всматривалась в отражение серой волчицы, смотревшей на меня. А сзади неё стоял огромный чёрный волк, ростом в два раза больше моей волчишки. Немного успокоившись, я подошла и протянула руку к зеркалу. Отражение радостно взвизгнуло и ткнулось носом мне в руку. Алексанн с улыбкой наблюдал за этой картиной.
-Здравствуй, Серая, - я потрепала по шее свою душу.
-Почему Серая? – лорд опустился на пол рядом со мной, и большой чёрный волк доверчиво заскрёб лапой по стеклу, словно щенок, заждавшийся своего хозяина.
-Ну а как же ещё? Ни черна, ни бела, - засмеялась я. – Самая настоящая Серая.
Так я познакомилась со своей душой. Но даже она не могла мне сказать моего имени – тихонько скуля, волчишка смотрела на меня своими зелёными глазищами.
Когда мой новый друг - пожалуй, это звучит лучше, чем хозяин – накинул на зеркало покрывало, уже стояла глубокая ночь.
-Теперь я беспомощен перед тобой, - он загадочно улыбнулся, закрывая дверь. – Я открыл тебе свою душу.
А ведь, пожалуй, ничего дороже у нас нет. Даже у таких, как мы с вами – погрязших в мирской чепухе закопчённого мира.



VII

С того дня Алексанн стал моим другом и поверенным моих идей и желаний. Надо отдать ему должное – он заменял мне почти что няньку – каждый вечер после заката он свято исполнял мои капризы, пока, наконец, не отправлял меня спать. Просыпалась я теперь к обеду, да и то с трудом, поэтому большую часть дня составляли уроки, а вечер я ждала с нетерпением, как ребёнок, ожидающий, когда родители заберут его домой из детского сада. Молодой лорд открывал для меня совершенно новый чудесный мир. Если бы я тогда могла судить, я бы думала о том, насколько он странный – средневековье лаконично сочеталось с современностью: мимо уютных кафешек (таких, как я люблю, ну вы помните) с грохотом проезжали пёстрые экипажи, цокая копытами по булыжной мостовой. Впрочем, таких сочетаний можно было найти множество. Вместе с этим миром я познавала себя. Я заново училась жить, думать и действовать, превращаясь в эту новую Анабэль, которая с изяществом носила платья и без застенчивости помогала слугам выполнять работу.
Я любила помогать на кухне – замешивать тесто для пирогов, чистить овощи, молоть муку из крупы. По этому случаю рабочие даже подарили мне платье – такое же, как у Флоринды, голубое с кружевными оборками. И белый льняной фартук. Я научилась вышивать, и когда днём у меня оставалось свободное время, устраивалась в утренней гостиной с пяльцами. Особенно мне нравилось помогать Джейни – нашей кудеснице, жившей в хижине-башенке возле большой кухни. Она учила меня искусству собирать травы – одни на заре, когда роса питает землю, другие при свете луны или солнца; сушить их и готовить самые разные снадобья. Вместе с Флориндой мы собирали букеты для украшения комнат – иногда в саду или оранжерее, а иногда на лугу или в лесу. Но, надо заметить, что отныне и девушка, и садовник Лиан зорко следили за мной и не подпускали меня к сухому розовому кусту, который, как назло, завладел моим вниманием. Или это чудный знакомый запах так притягивал меня?
Мы с Алексанном любили садиться на край фонтана во дворе и смотреть, как луна плещется в темной глубине. Иногда опуская в воду ноги, иногда брызгаясь и обливаясь водой. А иногда мы просто молча сидели, или делились своими мыслями и ощущениями. Я молча наблюдала, как день за днём он из своенравного, вышколенного на хороших манерах самодержца превращался в простого весёлого юношу.
И вот однажды моё любопытство взяло верх над спокойствием нашей жизни.
-Скажи мне, что за странный розовый куст растёт в оранжерее? – я сидела, облокотившись на спину лорда, глядя на струи фонтана, похожие на капли ртути в холодном свете звёзд. Спина его напряглась.
-Я не могу сказать тебе об этом, - казалось, что даже голос Алексанна изменился и стал сдавленным и чужим.
-Но почему? – я не хотела сдаваться.
-Потому что я хочу тебе добра.
Он встал и зашагал прочь, а я повалилась на каменный бортик, глядя, как где-то наверху далёкие звёзды шепчутся друг с другом в небесной тишине.
О, если бы такой ответ мог удовлетворить женское любопытство! Десятки раз меня ловили в попытках подобраться к цветку – и Лиан, и Флоринда, и даже сам Алексанн. Дело закончилось тем, что розовый куст перекочевал прямиком в крыло хозяина замка, куда путь мне был отрезан большими запертыми дверями.
Иногда я начинала просто изнывать от скуки – цветок от меня спрятали, а в лавку категорически не пускали. Запретной была и тема дневного отсутствия лорда. Удостоив всё теми же объяснениями – «Я хочу, чтобы ты осталась со мной». Отлично. И что прикажете делать? Я невольно начинала в такие моменты ощущать себя собственностью, и всё моё существо восставало против этих порядков. И тогда я начинала капризничать. По моей прихоти мы с лордом отправлялись верхом на лошадях в Тхорим или в окрестности замка, целые ночи напролёт блуждая по горам или лесам. Мы ездили по улицам, заезжая попить кофе в кофейнях, или отправлялись на рынок, где мне стило лишь захотеть, чтобы получить любую безделушку в утешение. К слову сказать, что этих безделушек у меня накопился целый сундук – можно было смело открывать свою лавку.
Стоило мне только начать задавать вопросы – и все тут же старались меня отвлечь. Раз в двенадцать дней – а время здесь измерялось именно так, это называлось делянка, - так вот, раз в делянку в замке устраивались настоящие танцы, куда собирались все слуги и гости из города. Танцы были весёлые, с играми, гаданиями, театральными представлениями и прочими радостями. Но скоро мне и это наскучило, и однообразие снова приводило меня к вопросам.
Я начала учиться музыке – Флоринда отдала в моё полное распоряжение орган, стоящий в часовне северного крыла, и, вооружившись кипой нот, я целыми днями пропадала там.
-Ты прекрасно играешь, - как то сказал Алексанн, подсаживаясь ко мне за стол после ужина.
-Так значит, ты слышишь меня? Слышишь, как я играю днём?
-Конечно, слышу, - ответил он и тут же снова сбежал, не желая раскрывать свои секреты.
Зато на утро мне привезли целую коробку новых нот, выписанных из города.
Иногда я играла ночью, и тогда он приходил послушать. Садился на каменную скамью и смотрел, как я старательно перебираю пальцами по клавишам. А иногда он подсаживался ко мне, и тогда мы играли в четыре руки. Мы приносили с собой в часовню свечи и расставляли их на каменные парапеты, лавки и подоконники, так, что тёплый свет весело отражался на наших лицах. Его глаза казались такими добрыми, что моё сердце таяло и прощало лорду всю надменность и снисходительность, которые он временами позволял себе по отношению ко мне.

19:43 

Мир за поворотом

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
II

Мы шли по туманной дорожке парка, и у меня совершенно не было вопросов. Это было забавно – я, в серых вельветовых брюках и блузке, и он - в рубашке старинного покроя, в кожаных сапогах до колен. Но тогда я не думала об этом – мне ничто не казалось ни странным, ни необычным. Мой спутник шёл быстро - я едва поспевала за его широким шагом. Так мы и шли – молча, не думая и не удивляясь.
Рыжий воздух плавно таял и на глазах превращался в сизый, а затем в туманно-синий. Небо почти прогорело, и последние всполохи исчезали в ночной мгле. Если бы я сейчас умела бояться, несомненно, я бы испугалась. Огромные деревья уходили своими чёрными когтями в самое небо, прямые стволы выступали из тумана, словно стражники-исполины. А впереди, из темноты и смеющихся теней выступили сначала высокие кованые ворота, а затем стены, башенки, окна-бойницы и готические колонны, витражи, скульптуры, рельефы, пилястры и аркады. Мы оказались во дворе настоящей каменной громады, поражавшей смешением неприступных романских стен и лёгких готических орнаментов.
Как я узнала позже, это был замок Тхальмар, размещавшийся на окраине города. Город назывался Тхорим. Но это было гораздо позднее. А пока я не знала ничего, что могло бы меня успокоить.
Мой молчаливый спутник провёл меня через двор, а затем – в одну из дверей, ведущих внутрь. Едва мы оказались в просторной зале, нас тут же окружила толпа людей.
На них была пёстрая одежда, у кого-то фартуки. Это были рабочие замка, которые вышли нас встречать. Перепоручив меня в руки одной из девушек, мой спутник исчез в коридорах замка, а я осталась стоять посреди комнаты.
Девушку звали Флоринда. Ну, а меня – Анабэль. Выбора у меня не было, поэтому я смирилась со всем происходящим вокруг и приняла это как должное.
Флоринда оказалась весёлой и милой девушкой. Темные волосы были аккуратно забраны, спадая ей на спину лёгкими волнами. Лучистые шоколадные глаза улыбались мне, как и всё румяное лицо. Она была в голубом платье простого покроя, украшенном белыми кружевами. Она была невероятно болтлива – пока мы шли по коридору, на меня сыпалась масса совершенно непонятных слов, фраз и рассказов. Я начала впитывать в себя этот мир, и он тогда не казался мне странным – я не помнила о том, откуда пришла и к чему привыкла.
-Вот мы и пришли, - Флоринда распахнула передо мной дверь. –Ваша комната, миледи.
Я вошла внутрь своих апартаментов и принялась их разглядывать. Прямо напротив двери стояла большая кровать с пологом, которая сразу бросилась мне в глаза. Полог был приятного голубого цвета, с золотой отделкой. Всю левую сторону занимали книжные полки, всю правую – полки со всевозможными безделушками. В углу, справа от кровати, стоял письменный стол, а сразу слева т двери – камин и большое мягкое кресло. Всю эту роскошь я приняла как должное – не думая о том, как ещё ныне утром довольствовалась компьютерным столом, складным диваном и чугунной батареей.
Рядом с моей спальней была комната моей новой подруги, и, по совместительству, нечто вроде нашей ванной комнаты. Получив эти драгоценные сведения, я стянула с себя одежду и легла спать, не отдавая себе отчёта, что сегодня дома меня не дождутся.
Таким было моё первое знакомство с местечком, где меня ждало ещё много всего интересного. Пройдёт ещё немало времени, и Тхальмар станет мне родным домом, а его жители – друзьями. Но не будем забегать вперёд и позволим мне выспаться на голубых шёлковых простынях – не каждый день такое выпадает нам с вами, простым смертным.


III

Утром меня разбудил громкий звон колокола. Лениво потянувшись на своем роскошном ложе, я свесила ноги на пол. Мягкий ковер доброжелательно спас меня от холода каменных полов. Когда я встала, я обнаружила, что моя одежда исчезла, и вместо нее на кресле красовалось платье, положенное заботливой рукой. Я с интересом принялась его рассматривать. Наряд был вовсе не похож на те платья, которые носили девушки-работницы. Лиф со шнуровкой, нижние юбки, рукава с лентами. Я не смогла бы сказать, к какому времени принадлежало это чудо – в нём была и строгость средневековья, и ажурность XIX века, и что-то такое, что делало его не похожим на одежду ни крестьянок, ни королей. Изумрудно-зелёная материя красиво переливалась в лучах утреннего солнца. И тут я поняла, что я действительно ничего не знаю и не умею. Даже платье я не могу на себя надеть.
Меня спасла Флоринда – она появилась в дверях с кувшином воды для умывания. Снабдив меня инструкциями, она весело высмеивала мою неуклюжесть. Но я была готова учиться и узнавать, поэтому жадно слушала уроки своей помощницы. Затянув на мне шнуровку платья, девушка весело рассказывала мне про ярмарку в городе, про сбор яблок в саду, про мальчишку, приносившего продукты кухарке и ещё много всего. Я пыталась уловить для себя что-нибудь полезное, вслушиваясь в болтовню.
-Ах, милая, да у тебя же нет обуви! – моя наставница развела руки. –Как же это я? Ну да ничего, ты пока подожди здесь, а я пойду поищу что-нибудь подходящее.
Флоринда скрылась за дверью, и я снова осталась полноправной хозяйкой своих покоев. Строго запретив девушке называть меня «миледи» и обращаться на «вы», я, тем не менее, искала причины такого поклонения своей особе. Но все мои воспоминания ограничивались встречей в крошечной лавочке, а все мои знания о себе – новообретённым именем. Но навязчивая идея уже прочно обосновалась в моей голове, и я решила узнать, что же я из себя представляю.
Вскоре девушка вернулась с парой весьма приличных туфлей из золотистого атласа, и, получив ещё пару лент в волосы, я отправилась в сопровождении своей юной воспитательницы в большую столовую.
Столовая оказалась не просто большая, а огромная. В самом центре красовался большой камин, где весело потрескивал огонь. Изящная каменная резьба, аркады вдоль стен, витиеватый карниз, архивольты над высокими дверями – мне казалось, что ничего подобного я не видела. Впрочем, весь Тхальмар был полон архитектурных шедевров, которые не казались ни излишне скромными, ни излишне пышными. Длинный стол и стулья с резными спинками занимали середину комнаты. Из арок выглядывали красочные гобелены, а под потолком висела огромная бронзовая люстра.
Но интересно было другое – в этой огромной столовой не было никого, кроме меня. На столе стоял один прибор. В своих раздумьях я села за стол и принялась за завтрак. Вот, значит, как – нахальный хозяин не снизошёл до того, чтобы почтить меня своим присутствием. Но я была слишком гордой барышней, чтобы обижаться. Ну уж нет, не дождётесь!
Итак, поглотив кусок пирога и запив его чашкой кофе – да-да, самого настоящего кофе с корицей и имбирём, я воспользовалась отсутствием посторонних и пошла осматривать своё пристанище. Только теперь я, пожалуй, по-настоящему оценила истинны масштабы замка Тхальмар. Сначала я пыталась запомнить, в какие коридоры я сворачиваю, по каким лестницам поднимаюсь, по каким галереям перехожу из одного крыла в другое. Но потом я сбилась со счёта и стала действовать наугад, любуясь бронзовыми канделябрами, узорчатыми бархатными портьерами, каменными скульптурами и затейливыми щитами на стенах. Пропустив мимо ушей настойчивый зов колокола, как на обед, так и на ужин, я продолжала заглядывать в скрипящие открытые двери и подниматься в круглые башенки, увитые плющом до самых стрельчатых крыш. Так я оказалась на часовой башне. Если сравнить это с нашими домами, то это всё равно, что стоять на крыше двадцатиэтажки, смотря сверху вниз, где снуют крошечные фигурки. Пройдя по башенной галерее, я остановилась возле балюстрады и посмотрела наверх. Прямо надо мной висел огромный колокол, а ещё выше крутились тяжелые шестерёнки часов. Башня сочетала собой как часы, так и колокольню. Я прислушалась, и ветер, вырвавшийся из цепкой хватки шестерёнок, донёс до меня шум и скрип. Часы ходили, а значит, замок жил. Словно огромное сердце, часы бились о каменные рёбра исполина. Передо мной расстилался целый мир, открывая тысячи возможностей и тысячи дорог. Но кто я? Как мне найти своё место? Сейчас мне казалось, будто я ищу его глазами среди синих горных вершин и сизых сосновых макушек. Я смотрела, как там далеко солнце утонуло в море, покрытом серой дымкой. И земля, незнакомая чужая земля, стала медленно теряться в наползающей на неё темноте. Сколько бы я стояла там, и как бы искала дорогу обратно – сказать теперь не могу. Возможно, всё было бы по-другому, если бы не…

14:28 

Мир за поворотом

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Вдохновившись от вас, мои милые друзья сочинители, я решила присоединиться. Простите великодушно мои ляпы и не судите строго)) Ваш покорный слуга старается...))))

Мир за поворотом

Это был обычный день. Ничего необычного. Обычное солнце встало обычным утром. Обычный ветер путался в обычных облаках.
Сегодня был август, и я не была намерена терять этот день. Поэтому я шла. Я шла по обычной городской улице. Город был не большой и не маленький – он был именно такой, каким ему следовало быть. Я всегда любила бродить по улицам. Они были не похожи друг на друга – у каждой свои цвета, свой запах, своё ощущение. Солнце уже село, но воздух ещё был золотым. Это было моё любимое время – когда всё залито тёплой солнечной рыжиной, а небо полыхает вечерними красками. Так и эта улица – она была похожа на рыжую конопатую девчонку, которая улыбается навстречу мне. И, конечно, я пошла. Шаг, другой, третий. Мои туфли на низком каблуке звонко стучали в тишине. У этой улицы не было звука – она молчала. Утопая в разлитых по воздуху лучах, я не заметила, как асфальт сменился булыжником, как серые железные двери подъездов превратились в дубовые, окованные чугунными узорами. Я не заметила, как скучные квадратные окна стали стрельчатыми, а блоки пятиэтажек оказались искусно уложенным камнем.
Но запах у этой улицы был. Сначала это был тонкий аромат ветра с лёгким привкусом свободы. Именно лёгким – чтобы не вскружил голову. А потом, когда я свернула в узенький солнечный переулок, вокруг меня закружился горячий запах кофе. Мне вспомнилось в тот момент, что последнее, что побывало у меня во рту – это пустой чай вместо завтрака, который не отличался особой питательностью. И тогда я подумала, что поблизасти просто обязано быть маленькое кафе. Ну, или кофейня. Такое, как я люблю. Наполненное приятными запахами, приятными звуками звенящей посуды, приятными мыслями и приятными воспоминаниями. И, как правило, совершенно пустое. Но иногда там встречаются приятные люди. Но это уже совершенно другая история.
Итак, я пошла вслед за чудным запахом, дабы отыскать уютное местечко, где можно было бы поужинать. Переулок был узенький, так что балкончики домов едва не прикасались друг к другу. А между ними, с низа и до самой островерхой крыши, где теснились маленькие чердачные оконца, были протянуты бельевые верёвки. Он закончился очень быстро, и я увидела перед собой уходящие вдаль аллеи старого парка. Они были так заманчивы – лёгкий туман скрывал конец дорожки от моих глаз и так приятно переливался в золотом свете. Но – нет, я всё-таки была голодной. Слева высилось здание из серо-розового кирпича, невысокое, но изгибающееся углом и постепенно уходящее вверх, словно ступени. Широкая каменная лестница поднималась вместе с ним, уходя дальше и теряясь в уличных закоулках. Медленно, чтобы прочувствовать каждый шаг, я поднялась по крыльцу, прикасаясь рукой к серому камню перил. И – о чудо! – маленькая дверца слева от меня.
Маленькая коричневая дверь в розовой кирпичной стене. Легкое движение, звон медного колокольчика. И вот, я оказалось внутри. Это было вовсе не кафе. Это была крошечная лавочка. Но чего здесь только не было! Посуда, самые разные лампы, статуэтки, книги, карты и глобусы, ковры и гобелены, разноцветные фигурные свечи и много вовсе непонятных вещей. А главное – здесь было огромное множество всяких разных часов. Часы в бронзовых рамках, фигурные, резные деревянные, напольные, подвесные, серебряные на цепочке и стеклянные песочные – даже из цветного стекла.
-Чем могу помочь? – за прилавком появилась хозяйка. Приятная девушка улыбнулась мне, поправляя прядку густых каштановых волос. Растерянно оглядываясь по сторонам, я не знала что ответить. Но она уже протягивала мне чашку ароматного кофе.
-Спасибо, - я отхлебнула напиток и принялась разглядывать чашку. Она оказалась глиняная, и вроде бы самая простая чашка.
-Я бы с радостью подарила тебе её, но таков наш обычай – ты должна дать мне за неё что-нибудь равноценное, - хозяйка весело подмигнула мне. И мне срочно захотелось забрать эту чашку. Она стала мне так же необходима, как то сердце, которому положено биться в груди.
-Но ведь у меня совсем ничего нет, – действительно, ведь я не потрудилась даже взять с собой сумку, когда утром выскользнула из дома.
-Можешь отдать мне своё имя, - сказала девушка. И мне так нужна была эта чашка, что я согласилась. Так я потеряла себя.
Я взяла свою чашку – то есть всё, что у меня осталось – в руки и пошла к двери. Куда я шла? Я не знала. Ведь идти мне было некуда – у меня не было имени, а значит, не было ничего. Ничего, кроме чашки.
Я открыла дверь, звякнул колокольчик. Я не успела ничего подумать – толчок – и моя чашка вылетела из рук и разлетелась на мелкие осколки. Теперь у меня не осталось ничего.
А передо мной стоял он. Высокий, на голову выше меня, он стоял и улыбался. Улыбка, чуть надменная, чуть снисходительная, она невыразимо шла к бледному лицу. Он стоял и просто смотрел на меня, поэтому я легко могла рассматривать нового знакомого. Тонкий нос, высокий лоб, длинные чёрные волосы до плеч. Глаза казались мне горящими в рыжем свете, чистого лазурного цвета, как бывает море в ясную погоду. Черная рубашка с кружевами. А он всё стоял и улыбался.
-Как твоё имя? – его голос был таким же, как и он – царственным, холодным и приятным, таким же самонадеянным и немного не доходящим до презрения.
-Не знаю, - а что я могла ответить? Всё, что у меня было, сейчас лежало осколками под ногами.
Незнакомец засмеялся, его глаза загорелись ещё ярче. Он взял меня за плечи и сказал:
-Тогда я назову тебя Анабэль. Мне нравится это имя.
Будь я в здравом уме – я бы подумала, что это наглость – называть меня, словно нового котёнка. Но тогда я ничего против не имела – я даже не думала, что так не принято. Я даже не спросила, как зовут это явление, по вине которого я осталась без своего последнего имущества.
Явление наклонилось, собрало осколки – и, немного повозившись, вернуло мне чашку. Целую и невредимую. Так всё и началось

22:13 

Итак, итоги...

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Вот и пришло время их подводить, ибо каникулам моим настал конец. Послезавтра я возвращаюсь в Город Вечного Сумрака :-D Итак, что я успела за свои две недели свободы.
-Походов на лыжах - в наш лес-3; за реку - 3.
-Прочтённых книг - 4 с половиной;
-Катанье на коньках - 2раза(считая тот, когда некто подвернул ногу и тем самым окончил все катания)
-Написанных глав: с 12 по 14 - итого 4
-Нарисовано иллюстраций - 5
-Поездка в город - 2 раза:
-Купила необходимую одежду
-Сходила в родную школу
-Съездила к папе
-Съездила к Ленхен
-Найдена заросшая дорога к избушке лесника;
-Найден неопознанный корабль на реке - необходима разведка :cool:
-Покаталась на трамвае в -20)))
-Просмотренных фильмов - 11.

Вроде бы всё)) ну, а даже если и нет, не велика потеря)))
В душе скребётся совестливое сознание необходимости уезжать. Как это ни печально, но меня ждет моя Обитель Зла и неработающая батарея.

14:09 

Для себя)

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
1. Выше своей мамы/папы?
нет
2. Самая близкая к тебе вещь розового цвета?
мой ноутбук :susp:
3. твой рингтон
Люмен - Гореть
4. любимое сочетание цветов?
голубой+золотистый
черный+алый
5. кого из животных боишься?
хм... комаров?
6. каталась на коньках в детстве?
и сейчас вполне))
7. что хочешь сделать перед тем, как умрёшь?
о, у меня наполеоновские планы)
8. назови приятную вещь. случившуюся сегодня
я выспалась! :crzfan:
9. волнуешься, если что-то не удаётся контролировать?
пожалуй что да
10. принимаешь лекарства, витамины?
когда в этом есть необходимость (крайняя необходимость, она хотела сказать)
11. любимые цвета?
голубой, чёрный, белый, желтый, красный
12. кислое или сладкое?
шоколад)
13. солнце или луна?
луна))
14. любимый цвет глаз
голубой, синий
15. время твоего рождения
4-30 утра
16. группа крови
0 Rh-
17. тебе когда-нить хотелось изменить своё имя?
да, наверное.
18. принял бы участие в реалити-шоу, если бы тебе заплатили мног денег?
врядли
19. ты летала во сне?
конечно
20. выключаешь воду, когда чистишть зубы?
по разному
21. поцелуй или объятие?
не могу сказать
22.чего ждёшь в ближайшие 3 месяца?
тишины, покоя и свободного времени
23. последний человек, которому ты звонил
хм... мама кажется
24. кто тебе звонил в посдений раз?
крёстная
25. смс или звонок?
по обстоятельствам
26. есть домашние животные?
кот, кошка, рыбка-вуалехвост
27. туфли или кеды, кроссы?
по настроению
28. общительный челоовек?
не думаю
29. что последнее ты съел?
мандарин)
30. любимое мороженое?
фисташковое
31. любишь кофе?
да)
32. сколько воды ты потребляешь в день?
не знаю, но много
33. что пьёшь по утрам?
чаще чай, иногда варю кофе
34. умеешь играть в покер?
нет
35. море или бассейн?
море, но с пустым побережьем))
36. скорую вызывали? тебя увозили?
нет
37. на что любишь тратить деньги?
на дело своей жизни)
38.знаешь много языков?
русский, французский на медецинском уровне, латынь в терминах и немного греческий
39. спишь с мягкими игрушками?
да, с лошадкой)))
40. цвет обоев в комнате?
каждая стена разная, голубой, лиловый, светло-розовый
41. что делаешь перед сном?
читаю/сижу в интернете/вышиваю/рисую/пишу
42. твой любимый запах
ветер, кофе, дождь, лаванда, хвойный лес
43. твои любимые цветы
ирисы, гладиолусы
44. зачем ты это сейчас заполняла?
ищу правду о себе



Сайт года: чаты
Знакомство года: хм... да нет вроде
Программа года: новости)
Фильм года: хм... не знаю даже
Газета года: не читаю
Блюдо года: наши с Катькой голубцы)))))))
Напиток года: кофе собственного изобретения)
Ощущение года: одиночество, неприятие мира, поиск смысла в существовании всего вокруг
Язык года: родимый
Экстрим года: летняя сессия?
Концерт года: Люмен/Эпидемия
Интерес года: лоскутное одеяло)
Мечта года: ничег нового, всё тоже
Несбывшаяся мечта года: его высочество)
Город года: хм... в этом году выбирать особо не из чего)
Место года: храм 9 века в районе Сочи
Открытие года: одиночество не страшнее, чем общество твоих лжедрузей)
Персональное событие года: День рождения, выезд с палатками)
Исполнитель года: не знаю
Песня года: аналогично
Лучшая поездка года: возвращение домой со всех поездок)))
Традиция года: отказывать парням)
Настроение года: злость и эгоизм
Разочарование года: те, кто был друзьями
Вещь года: 14 браслетов, купленных в поездке
Человек года: Ася, без неприятных сюрпризов
Пожелание года: не знаю
Препод года: Лапкин М.М.
Вопрос года: Зачем и что такое этот мир?
Погода года: Дождь, туман.
Цвет года: Черный
Время суток года: Ночь
Книга года: Энн Райс - "Интервью с вампиром"
Одежда года: гот(((
Подарок года: ооо, как меня поразил диск с Бригадой)))))))))
Кафе года: Лакомено, Жар-пицца
Фраза года: "Мы больше ничего не можем дать друг другу"

23:08 

Ура, свобода

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Жизнь прекрасна. Это понимаешь, когда ты сдал сессию, приехал домой и помирился с теми, с кем ругался. И - две недели свободы в твоем полном распоряжении...
Итак, я буду:
-читать НЕ УЧЕБНИКИ
-вышивать крестиком
-ездить в лес на лыжах
-писать и рисовать свой трактат
-кататься на коньках, если зальют коробку
-продолжать уроки вождения
-проводить время с друзьями
и еще много-много всего.
Ведь жизнь прекрасна!

15:25 

Запись, не стоящая внимания

"Et ecce equus pallidus: et qui sedebat super eum, nomen illi Mors, et infernus sequebatur eum, et data est illi potestas super quattuor partes terrae, interficere gladio, fame, et morte, et bestiis terrae."
Ну, что ж, вот я и дома. Правда, дома я ещё с 30 числа. Все как всегда - мдала зачёты, собрала вещи и - после 4х-часового переезда я дома. Праздники прошли как обычно, снег выпал только 3го числа, на улице плюс и идёт дождь. К слову сказать, у меня стащили телефон, потратили все мои 600 рублей на симкарте, пришлось покупать новый. Ну, а теперь я бездельничаю в своё удовольствие и наслаждаюсь заслуженным отдыхом. Да, переклеили обои в 2-х комнатах на первом этаже, на днях переклеим в ещё двух, в общем, везде, кроме кухни и летней столовой.
Снова взялась за свои сказки и дело наконец дошло до 13й главы, что не может меня не радовать.
Ну, и, собственно, с зимними праздниками вас, дорогие гости!!!)))

Equiris

главная